Аутоэротизм психоза

 

 

Связь с реальностью не является базовой способностью человеческой психики,
она формируется только в процессе развития. 

Аутоэротизм психозаВ начале своем психика функционирует так, как будто внешней реальности нет, как будто есть только она одна. Психика, погруженная в первичный нарциссизм, разряжает возникшее напряжение любым доступным способом, и крик к матери – это далеко не первая из приобретенных реакций: З. Фрейд описывает, как маленький ребенок удовлетворяет потребности галлюцинированием.

 

Обращение вовне сопряжено с определенной фрустрацией: ребенок осознает, что есть независимый от него внешний мир, и он может ему не подчиняться. Преодоление этой фрустрации происходит постепенно, опять таки через фазу всемогущества: преданная мать, давая соответствующие ответы на призывы своего ребенка, дает возможности формирования внутреннего образа матери (первые зачатки Родителя), образа, который полностью удовлетворяет ребенка и которым в своей иллюзии он управляет.

По мысли Д.В. Винникота

Прежде чем понять, что мать принадлежит не ему, ребенок должен создать
в своей психике 
заботливую мать, удовлетворяющую его потребности. 

Без этого фрустрация от внешнего мира непереносима для детской психики. Постепенное развитие веры в реальность зависит, таким образом, от поддержки и доступности главных Родительских фигур. Вера во внешний мир сопровождается понимаем, что в нем есть, на что опереться.

 

В более взрослом возрасте, если развитие идет нормально, внешний мир воспринимается как источник различных благ, и для определения отдаленности и возможности получения этих источников используется тестирование реальности – функции Взрослого мышления. Но, конечно, у ребенка остается возможность самоудовлетворения – игра, сон, фантазия: они дают удовлетворение потребности минуя непосредственную встречу с источниками удовольствия, разряжая аффекты во внутренней психической реальности. Это тоже аутоэротизм (детская психика насквозь аутоэротична), но в норме игра питает корни в самой себе, черпая энергию и сюжеты во внешней реальности, обогащая ее фантазиями.

В этой деятельности (главная цель которой не только разрядка аффектов, но и выражение сил своей души), как и в некоторых психозах, Взрослый помогает Ребенку выражать свои страхи и чаяния, развивать сюжетные линии, пребывать на грани между внутренней и внешней реальностью, не забывая о последней. Обращенность игры во вне и ее сюжетное разнообразие (опосредованное Взрослым ребенка) – это критерий здоровья происходящего. Но игровая деятельность Ребенка может быть и патологичной. О патологии, согласно Д.В. Винникоту, можно говорить тогда, когда однообразная настойчивая игра стремиться заместить ребенку реальность.

 

Что же происходит при психозах? 

З. Фрейд, К.Г. Юнг отмечали ауэротизм психотиков, которые получают наслаждение от бредовых и галлюцинаторных процессов собственной психики, теряя связь с внешней реальностью. О стремлении к наслаждению говорит Ж. Лакан, который отмечал, что функции слова используются больными не как средство коммуникации, а как средство к получению удовольствия.

 

 

Как объясняют разрыв с реальностью психоаналитически
ориентированные психотерапевты? 

Можно с определенностью сказать, что отказ от реальности часто бывает связан с отказом от внутренних Родительских фигур.

 

Школа Шиффов утверждает, что настоящих основ связи с реальностью у психотиков просто не формируется. Отсутствие ранней привязанности к матери не позволяет сформироваться в психике ребенка Внутреннему Родителю. Внешний мир остается картинкой, к которой не привязаны какие-либо внутренние объекты. Такая экстеропсихика часто становится банкротом, потому что для осуществления нормального функционирования она не пригодна, вследствие чего отбрасывается как ненужная.

Ж. Лакан высказал мысль о том, что человеческое существо нуждается в некоем минимальном числе «фундаментальных точек соединения между означающим и означаемым», которые он обозначил как пристежки. Школа же Шиффов утверждает, что

Важной «пристежкой», связью с экстеропсихикой, не позволяющей попадать в психоз, является такая конструкция внутреннего Родителя, которая отвечает на потребности внутреннего Ребенка и позволяет ему опираться на эту внутреннюю фигуру. 

Эта конструкция вырабатывается в отношениях привязанности, и у многих психотиков, у которых опыта привязанности не было, такой конструкции нет. Стоит ли верить в окружающий мир и опираться на него, если этот мир ни разу по-настоящему не ответил ни на одну твою потребность?

 

Однако изучение судьб многих психотиков показывает, что ситуация с внутренним Родителем может быть другой. Не всегда речь идет о том, что внутренний Родитель не сформировался. Наиболее частой ситуацией, ассоциированной с психозами, является предательство родительской фигуры. Часто психозами заболевают те, кто подвергся в детстве сексуальному насилию. Можно представить себе этого ребенка, который, как все мы, должен продолжать следовать правилам Внутреннего Родителя («бремена неудобоносимые»), однако это не защищает его от продолжающихся изнасилований, не уменьшает его внутреннюю боль, не помогает хоть как-то справиться с ситуацией.

Непереносимая внутренняя боль для Детской психики
- это как сигнал о банкротстве Родителя. 
Поддержание этой структуры бессмысленно. 
Доведенный до отчаяния Ребенок отворачивается от Другого,
декатектируя Родительские фигуры. 
Уходя в аутоэротизм.

 

Последствия психотического аутоэротизма печальны. Хотя аутоэротическая самоизоляция для пациента является спасением, доставляет наслаждение пациенту (используются все возможности Взрослого в детской фантазии), однако такие внутренние пиры (по выражению К.Г. Юнга), ведут к оскудению внутреннего мира и даже к оскудению возможностей Взрослого: у людей, перенесших психозы, психиатры часто отмечают оскудение внутренней жизни и нарушения мышления.

Степень связи пациента с реальностью имеет непосредственное значение для прогноза терапии. Вера во внешнюю реальность, а значит, эффективность связи с Родительскими фигурами и возможность на них опереться, являются критериями психической сохранности и дополнительными ресурсами. Однако у многих пациентов веры в реальность быть не может, потому что за всю их жизнь эта реальность ни разу не заметила их настоящих чаяний. Акцент на связи с реальностью определяет и тактику терапии.

Психотерапевт может быть первым человеком, который установит «пристежку» 
- услышав пациента, он показывает этим пациенту, что внешний мир существует. 

В других случаях терапевт предоставляет себя как Родительскую фигуру, которая может защитить и облегчить боль.

Нельзя не согласиться с Фридой Фромм, согласно которой важной профилактикой ухода в психоз является обретение смыслов в жизни. Однако еще важнее для терапии возможность обретение отношений с Другим, представителем внешней реальности, и именно это является методом, подтвердившим свою эффективность – репарентинг Шиффов.



Автор статьи:
 
Мария Савина
Психотерапевт, к.м.н.

Читать другие статьи по теме "Динамическая психиатрия"



 

 

26.09.2017